В. Гревцев: Проблемы пушных ресурсов (2002)

Наблюдавшиеся сокращения поголовья ряда видов охотничьих животных в 1992 — 1995 гг. объясняются общим ухудшением социально-экономического положения в стране и в связи с этим – ростом браконьерства. После указанного срока этот негатив стал проявляться еще в больших масштабах. В частности, если в 1997 г. было выявлено 48 тыс. случаев незаконных охот (Гоголев, 1998), то в 1998 г. эта цифра увеличилась до 52,5 тыс. случаев. В условиях резкого падения материального уровня жизни населения (около 60 96 находится за чертой бедности) пресс промысла, особенно нелегальный, становится ведущим фактором в сокращении ресурсов основных промысловых животных, а не погодно-климатические условия, как это утверждают специалисты Охотдепартамента.

По их анализу численность основных пушных зверей находится на высоком уровне и в последние годы возрастает. Продолжающийся спад объемов добычи объясняется низкими закупочными ценами на шкурки и возникшими трудностями с их реализацией. Из аналитических сведений следует, что специалисты Охотдепартамента совершенно не владеют информацией о характере эксплуатации ценных пушках зверей в субъектах РФ после отмены государственной монополии на закупку пушнины и особенно с внедрением в практику по инициативе этого главка платных именных разовых лицензий на право их добычи.

Для примера приведем сведения по объемам добычи некоторых пушных видов в Кировской области. В частности, в 1990-х гг. здесь добывали до 4 тыс. шкурок бобра. Начиная с сезона 1997/98-г. после введения платных именных лицензий, охотники стали выкупать всего лишь около 0,8 — 1,0 тыс.платных лицензий. Однако, по экспертной оценке в г. Кирове, частные фирмы, занимающиеся заготовкой, выделкой, пошивом и реализацией меховых изделий, ежегодно от охотников закупают те же 4 тыс. бобровых шкурок вместо 1 тыс. выкупленных ими лицензий. Из всего закупаемого сырья шкурки весеннего браконьерского отстрела, совпадающего с периодом массового деторождения и расселения молодняка старших генераций в новыеугодья, составляют свыше 20%. Весенний отстрел бобра наносит существенный урон воспроизводству поголовья, процессу естественного расширения ареала вида. По некоторым регионам количество бобра за последние 10 лет снизилось наполовину (Дмитриев, 2000). Становится массовым явлением добыча многих зверей за пределами официальных сроков. Это подтверждается данными о низком качестве заготовляемых шкурок. В частности, в Кировской обл. шкурки наиболее ценной околоводной группы — бобра, выдры, норки, ондатры — закупаются с оценкой в пределах 45 — 65 % от нормального качества.

Наблюдается своеобразный парадокс: неофициальные размеры добычи шкурок бобра в Кировской обл. сравниялись с официальными общероссийскими (в сезоне 1998/99 г. в РФ закуплено 4019 шкурок, в 1990 г. закупалось около 20тыс. шт.). Аналогичная картина типична и по другим ценным пушным видам, что свидетельствует о процветании теневого пушного бизнеса, а взимаемая официально плата за пушные лицензии занижена в несколько раз от реальных объемов их добычи.

Для иллюстрации спроса на некоторые шкурки пушных зверей приведем закупочные цены нормального качества кировских фирм в сезоне 2000/01 г. в зависимости от посреднических звеньев: бобр 360 — 490 руб., енотовидная собака 350 — 400, куница 300 — 450, норка дикая 120 — 300, хорь черный 60 — 100, ондатра 40 — 100, выдра 1000, рысь 2000 руб. На два последних вида платные - именные лицензии выкупаются лишь по 2 — 3 десятка на область. До 1990 г.. в области сезонные закупки шкурок выдры составляли около 150 шт., рыси до 400 шт. Ресурсы этих видов вследствие высоких цен, диктуемых нерегулируемым оборотом пушнины, могут быть подорваны в ближайшее время. По сравнению с предшествующим сезоном закупочные цены на ценные пушные виды в Кировской обл. увеличились в 1,5 — 2 раза. Эти данные полностью опровергают утверждение специалистов Охотдепартамента об отсутствии спроса на шкурки диких пушных зверей. Драматическая ситуация сложилась в последнее десятилетие в использовании ресурсов соболя. В 1990 г. его заготовки составили 240 тыс. шкурок при общей численности 1,0 — 1,2 млн особей (Бакеев, Синицин, 1998). По экспертной оценке этих авторов, фактическая добыча в то время с учетом оседания шкурок достигала 300 — 350 тыс. зверьков. После отмены госмонополии на заготовку пушнины официальные закупки шкурок соболя резко снизились и в 1996 г. составили всего 53 тыс. шкурок, хотя, по утверждению многих специалистов, фактические размеры промыслового изъятия сохранялись на прежнем уровне. К этому периоду в ряде мест популяции соболя уже испытывали излишнюю промысловую нагрузку, и только отдаленные угодья не подвергались перепромыслу ввиду удорожания заезда в них охотников.

В результате либерализации внешнеэкономической деятельности и выхода на прямые связи за рубеж отдельных хозяйств и юридических лиц произошло резкое снижение цен и объемов поставок на экспорт шкурок соболя. В частности, в 1990 г. только «Союзпушниной» на экспорт было поставлено 149,3 тыс. шкурок «дикого» соболя по цене 120,8 доллара за шкурку, а в 1998 г. соответственно только 60,56 тыс. шт. по цене 72,45 доллара. За последние 8 лет поставка шкурок соболя этим объединением на экспорт сократилась в 2,5 раза, а цена снизилась в 1,7 раза. Цена шкурки наиболее ценного баргузинского кряжа в 1987 г. составляла 237 долларов, а к 1997 г. она снизилась до 82 долларов (Ермолин, 1998). Этот автор утверждает, что в результате бесконтрольного вывоза ресурсов данного вида государством неоправданно теряется часть валютной выручки и создаются условия для утечки капиталов за рубеж. С целью поддержания и сохранения стабильного рынка этого уникального и чисто российского товара, Ермолин предлагает восстановить паритет мировых цен.

Введение именных платных лицензий за намерения» добычи пушных видов, в том числе и соболя, исключило возможность соблюдения на практике научно обоснованных квот их изъятия. В частности, в Красноярском крае в условиях развала многих предприятий всельской местности число людей, пожелавших обеспечить себя заработком за счет охоты на соболя, удвоилось (Соколов, 1998) . Если раньше они были любителями и тратили на охоту только свой отпуск, то сейчас стали заниматься этим промыслом в течение всего срока охоты. При этом часто выкупается более заниженная квота добычи (10 — 20 особей), чем позволяет продуктивность охотничьих угодий участка (Зырянов и др., 1998). Сверхлимитная добыча по более низким ценам скупается нелегально разного рода заготовителями, выводя ее из налогообложения (Соколов, 1998; Зырянов и др., 1998) . Например, в Иркутском регионе до 70 % урожая промысловой пушнины скупается частными лицами, не несущими затрат по ее охране и воспроизводству. Часть пушнины и другой охотпродукции сбывается контрабандным путем в Китай (Каверзин, 2001) без оплаты налогов.

Далеко не полный перечень негативных примеров нерационального использования пушных ресурсов страны не соответствует официальному выводу Охотдепартамента, что в связи со снижением спроса на промысловую пушнину ее заготовки сократились (Лякин, 1999) . Фактически опромышление ресурсов идет в объемах 1990-х гг., а по некоторым ценным пушным видам с превышением научно обоснованных норм изъятия. Стратегия жесткого oграничения квот добычи ряда охотничьих животных, как утверждает руководитель этого главка Б. В. Лякин (Гоголев, 1998), применительно к пушным ресурсам, с внедрением именных платных лицензий, на практике не работает. В настоящее время с ликвидацией повидовой статистической отчетности почти полностью утерян государственный контроль за оборотом промысловой пушнины в стране.

По прогнозу в перспективе ожидается усиление пресса промысла на пушные ресурсы в связи с сокращением продукции клеточного звероводства.

За последнее десятилетие в России объем производства основного клеточного вида — норки с 11 млн шкурок в 1990 г. к настоящему времени уменьшился до 2,5 млн (Чипурной, 2001) . На- пример, в последние сезоны в Кировском регионе на сырьевом пушном рынке даже шкурки крота, которые ранее отвергались мехообрабатывающей промышленностью, стали пользоваться повышенным спросом. Введение лицензионной системы с предварительной оплатой «за намерения» добычи пушных зверей противоречит сложившемуся традиционному укладу российского охотничьего дела.

Д. К. Соловьев (1925) писал: «При сравнении добычи пушных зверей, с одной стороны, и копытных зверей и птицс другой, нельзя не отметить того, что первые имеют преимущественное товарное (торговое) значение, тогда как последние играют значительную роль в личном хозяйстве населения. Для собственных надобностей охотники оставляют лишь часть пушнины, основная же масса ее добывается с целью сбыта». В охотоведческих работах того периода, с учетом зарубежного опыта (Соловьев, 1919, 1925; Бутурлин, 1925; Генерозов, 1927;Житков, 1927, Кулагин, 1927), были заложены основы законодательных и практических мероприятий по организации и регулированию пушного промысла через охотника, а не через рынок: вовлечением неорганизованных охотников в товарищества, артели, союзы, обеспечением охотснаряжением, закреплением охотугодий, освобождением сдатчиков пушнины от налогов, встречной продажей дефицитных товаров, налаживанием статистики добытого. В 1927 г. В. Каверзнее писал: «Самой главной задачей в области охраны пушного зверя и упорядочения охоты вообще является просвещение охотничьих масс, их дисциплинированность, что совершенно недопустимо без соответствующей организации этих масс и без лишения в законодательном порядке неорганизованных «диких» охотников права охоты, необходимо отказаться от принципа «охоты для «всех».

Внедренный принцип административного давления на обнищавшего за время реформ охотника в форме оплаты за «намерения» добычи пушных зверей исключил его из творческого ресурсосберегающего процесса их использования. Такая форма оплаты противоречит традиционно сложившейся системе охотпользования. Проследить за соблюдением квот изъятия охотниками пушных зверей по предварительно оплаченным лицензиям практически невозможно. На практике сложилась тенденция к занижению охотниками легальной добычи в 4 — 5 и более раз и процветанию теневого оборота пушнины. Следовательно, выявленные за последние годы нарушения правил охоты в отчетах Охотдепартамента (48,0 и 52,5 тыс. случаев за 1997 и 1998 гг.) занижены в несколько раз, а относительно нарушений добычи пушных зверей чаще всего спровоцированы некомпетентным нововведением оплаты за пушные охотресурсы. В целях неистощительного рационального использования пушных ресурсов назрела необходимость отмены индивидуальных платных лицензий на право их добычи:.

Оплата за пушные ресурсы должна быть заменена на налог при ее переработке в полуфабрикат и реализации готовых меховых изделий. При этом в субъектах РФ средства должны поступать на специальный «прозрачный» счет и расходоваться целевым назначением на охрану и воспроизводство этой группы охотничьих животных. Для обоснования нашего предложения приведем экспертный анализ поступления денежных средств от продажи именных разовых лицензий в сравнении с внутрироссийским оборотом дикой пушнины. С этой целью данные Охотдепартамента по заготовкам пушных зверей в сезоне 1998/99 г., а следовательно, и количество проданных разовых лицензий были сгруппированы по видам их ценности: 1 — соболь, бобр, выдра, рысь; 2 — барсук, енот, куница, лисицы; 3 — все остальные виды.

В настоящее время поставка окурок соболя «Союзпушниной» на экспорт сократилась в 2,5 раза Фото А. Лавровой

Стоимость разовых лицензий соответственно по группам экспертно была принята: 42 руб., 25 и 10 — 20 руб.

Общее поступление средств за этот сезон по 68 субъектам РФ составило около 20 млн руб. При этом сумма по третьей пушной группе от продажи лицензий несколько завышена, так как расчет проведен не за группу в целом, как это предусмотрено постановлением Правительства, а по каждому виду в отдельности. По экспертной оценке специалистов, величина внутрироссийского современного годового оборотаденежных средств по пушному сырью определяется примерно в один млрд американских долларов, в том числе доля промысловой пушнины составляет около 165 млн долларов (Чипурной, 2001). Очевидно, сумма оборота промысловой пушнины, вследствие процветания теневого пушного бизнеса, существенно занижена. В процессе переработки с учетом розничных цен сумма товарооборота полуфабриката и готовых меховых изделий увеличивается обычно в 3 — 6 раз. Следовательно, введение в целесообразных размерах налога на торговый оборот полуфабриката и готовых меховых изделий позволит существенно превысить полученные средства от реализации платных лицензий. Разработка изменений платы за пушные ресурсы, определение размера налога на торговый оборот полуфабриката и готовых меховых изделий и механизм его внедрения в практику — дело специалистов-экономистов.

Напомним, до перестройки заготовительным организациям на возмещение расходов выплачивалось 25 — 35 % от суммы закупаемого сырья, что было недостаточным (даже убыточным), в то время как цены на полуфабрикат и гoтовые меховые изделия увеличивались, как правило, на 800 — 1100 %. Обществам охотников за содействие добыче пушнины выплачивалось 5 % от сданного охотниками-любителями сырья. Экспорт дикой пушнины тогда оценивался в 20 млн долларов в год, а доля соболя составляла около 14 млн долларов (Бакеев, Синицын, 1998).

Предлагаемые меры позволят легализовать охотниками добычу пушных зверей, восстановить статистику добытого, вывести из теневого оборота промысловую пушнину, улучшат финансирование госорганов по охране и воспроизводству пушных ресурсов. В соответствующих пропорциях налог должен распределяться между центральными госорганами и субъектами РФ. С целью рационального использования пушных ресурсов госорганами на уровне субъектов РФ необходимо провести организационные мероприятия: регистрацию всех юридических и физических лиц, занимающихся скупкой, переработкой, пошивом и реализацией меховых изделий из промысловой пушнины, возродить долгосрочное закрепление лучших угодий за конкретными ловцами. За путевку охотник в начале сезона арендатору угодий вносит плату (часть ее) или в конце сезона не более 5 — 7% от рыночной цены реализации добытых шкурок, за вычетом затрат, связанных с добычей пушнины.

Полученные суммы арендаторы угодий используют на ведение охотхозяйства, охрану и воспроизводство пушных ресурсов. До реализации добытые ценные шкурки (5 — 8 видов, по усмотрению госорганов субъектов РФ) подлежат обязательному биркованию специальными пломбами. Система биркования шкурок ценных пушных зверей широко распространена в мировой практике с целью регулирования квот изъятия и налогообложения. Все отступления от этого разумного правила рассматриваются как браконьерство (Бородин, Дёжкин, 1977). Сошлемся на меры по охране и использованию ресурсов бобра в Швеции. По Закону об охоте, каждый погибший бобр регистрируется полицией с выяснением причин его гибели. Каждая выделанная бобровая шкурка, а также каждое готовое изделие из меха бобра, поступающие на внутренний или внешний рынок, имеют специальные государственные пломбы. В законе предусмотрен запрет иметь бобровые шкурки без подобных пломб, предлагать их к продаже, покупать или принимать на хранение.

Лица, нарушающие предписания Закона, несут тяжелые наказания, вплоть до тюремного заключения (Петтерссон и др., 1976) . Предлагаемая система оплаты за пушные ресурсы направлена на установление доверительных (компромиссных) отношений на уровне арендатор угодий — охотник. Биркование пломбами ценных шкурок будет играть роль регулятора в соблюдении квот изъятия и их сбыта в системе охотник — покупатель (заготовитель). Эта система будет содействовать также повышению качества через соблюдение сроков отлова и первичной обработки сырья.

Следует акцентировать внимание специалистов на необходимости восстановления повидовой статистической отчетности. Основы инвентаризации охотресурсов и их рационального использования специалистами 1920 — 30-х гг. на практике одновременно решались тремя путями: разработкой повидовых учетов численности, организацией постоянной массовой корреспондентской сети «службы урожая» (Формозов, 1942), использованием статистических сведений по их добыче. Эта триада успешно развивалась и функционировала вплоть до 1990-х гг.

Известно, что для оценки ресурсов того или другого вида в зависимости от региона, сезона, биологического цикла, размера площади угодий применяется комплекс методов с использованием в большинстве случаев косвенных следов деятельности животных. И лишь анализ их результатов позволяет специалистам конкретных хозяйств определить чаще всего состояние относительной, а не абсолютной численности конкретного вида. Следовательно, нет оснований местным госорганам игнорировать ресурсные сведения по охотничьим хозяйствам, дискредитируя сложившуюся систему учетных работ (Любченко, Мамаев, 2001). Это же самое касается политики централизованного установления лимитов и норм добычи охотничьих животных непосредственно федеральными органами на основе усредненных данных ЗМУ, отождествляя их с абсолютными величинами. Определять квоты изьятия дело местных органов и конкретных хозяйств.

«Служба урожая» успешно продолжает функционировать при ВНИИОЗе, однако ее результаты, вследствие межведомственной несогласованности, остаются слабо востребованными практикой.

Статистические сведения до реформ, с определенными коррективами на оседание пушнины, широко использовались специалистами с целью научного обеспечения «более гибкого планирования охоты и заготовок». Они необходимы для определения продуктивности угодий при охотустройстве (Данилов, 1953), ведения кадастра и мониторинга. Данилов особенно обращал внимание на то, что обезличка в использовании угодьями мешает нормальному их опромышлению, что она становится тормозом в развитии охотничьего промысла в основных пушных районахстраны.

Для решения проблемы охраны, воспроизводства, мониторинга и неистощительного рационального использования пушных ресурсов необходимо действующую лицензионную систему оплаты (Постановление Правительства №1 от 04.01.2000) изменить на налог с торгового оборота полуфабриката и готовыми меховыми изделиями, внедрить биркование ценных шкурок государственными пломбами, а также проводить комплексную оценку состояния ресурсов через альтернативные методы учетов, использование службы урожая», восстановление повидовых статистических сведений. В соответствии с Законом РФ «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности», которым допускается возврат к государственной монополии на экспорт и импорт отдельных товаров, восстановить монополию на внешнюю торговлю ценными видами промысловой пушнины (Ермолин, 1998).

Законодательно закрепить принцип ведения охотничьего хозяйства России на профессиональной основе, в Концепции Охотдепартамента (1998) этот метод проигнорирован.